В Китае природные ресурсы всё чаще рассматриваются не просто как источник сырья, а как отправная точка для создания полноценных промышленных цепочек с высокой добавленной стоимостью, передаёт Phoenix 24. Показательный пример — уезд Есянь провинции Хэнань, где огромные запасы каменной соли стали основой для развития химической промышленности, производства новых материалов, продукции для новой энергетики и фармацевтики. Об этом опыте написала газета «Жэньминь жибао» онлайн. В результате глубокого подхода стоимость переработанного сырья возрастает почти в сто раз, а сформированная вокруг него промышленная цепочка уже оценивается в десятки миллиардов юаней.
За этими результатами стоит не только наличие богатых природных ресурсов, но и целенаправленная работа партийных органов и местных властей по изменению самой модели развития региона. При запасах каменной соли свыше 330 млрд тонн Есянь долгое время оставался преимущественно сырьевым районом: соль добывалась и продавалась с относительно невысокой добавленной стоимостью.
Перед местными властями встала более амбициозная задача — не просто наращивать добычу, а добиться того, чтобы ресурс проходил как можно больше стадий переработки непосредственно в регионе, становясь основой для новых производств, инвестиций и рабочих мест.
Именно этот подход позволил сформировать в Есяне промышленную цепочку, в которой одно производство становится сырьевой базой для другого. В зоне передового производства промышленная соль методом электролиза превращается в хлор и каустическую соду. На их основе выпускаются материалы и химические компоненты, востребованные в современных отраслях экономики.
Так, из продуктов солевой химии производят поликарбонат, применяемый при изготовлении автомобильных фар, оптических изделий и компонентов высокоскоростных поездов. Каустическая сода используется для производства карбоната лития батарейного класса, необходимого для новой энергетики, а хлор — при выпуске фармацевтических полупродуктов.
Следующий уровень — интеграция с предприятиями соседних районов. По трубопроводам продукты солевой химии поступают в расположенную рядом зону новых нейлоновых материалов Пиндиншаня, где используются для производства нейлона-66, промышленной нити и кордной ткани. Последняя, в свою очередь, применяется при производстве шин для тяжёлой техники и авиационной отрасли, а также морских канатов.
Таким образом, задача властей заключается не только в привлечении отдельных предприятий, а в формировании взаимосвязанной промышленной экосистемы, где сырьё и побочные продукты одного производства становятся ресурсом для другого. Это позволяет одновременно повышать эффективность использования природных богатств и сокращать потери ресурсов.
Характерно, что промышленная стратегия Есяня распространяется и на использование подземных ресурсов. Соляные пласты благодаря высокой герметичности и устойчивости к давлению используются для создания хранилищ природного газа и водорода. То есть даже подземное пространство превращается в экономический актив и элемент энергетической инфраструктуры региона.
Экономический эффект такого подхода заключается в принципиальном изменении роли природного ресурса. Если при продаже необработанной соли основная часть стоимости формируется уже за пределами региона, то глубокая переработка позволяет оставлять значительно большую долю добавленной стоимости внутри местной экономики.
Это означает новые предприятия, дополнительные инвестиции, налоговые поступления и спрос на рабочую силу более высокой квалификации. В конечном счёте промышленная модернизация становится не только вопросом роста производства, но и механизмом повышения доходов населения и улучшения его благосостояния.
Именно в этом заключается более широкий смысл опыта Есяня. Китайские партийные органы и местные власти стремятся перейти от модели, при которой регион преимущественно добывает и продаёт ресурс, к модели, в которой регион перерабатывает ресурс, создаёт технологии, производит конечную продукцию и получает большую часть экономической отдачи.
В случае Есяня путь выглядит особенно наглядно: каменная соль превращается в продукцию химической промышленности, затем — в новые материалы, компоненты для аккумуляторов, фармацевтические полупродукты и продукцию для автомобильной, авиационной и энергетической отраслей.
Так природное богатство становится не конечным продуктом, а начальным звеном гораздо более длинной цепочки создания стоимости. И именно способность выстроить эту цепочку — от сырья до высокотехнологичной продукции, инвестиций, занятости и роста доходов населения — позволяет Китаю превращать ресурсный потенциал отдельных регионов в устойчивый источник экономического развития.